Кристина Камаева: жизнь в жанре фэнтези.

Текст: 
Алексей Никитин

Наше досье: Кристина Камаева.

Училась в Дальневосточном государственном университете на восточном факультете (индийская филология). В 1996 году получила стипендию от индийского правительства и продолжила обучение в Бангалорском государственном университете. За пять лет, проведенных в Индии, получила степень бакалавра искусств и магистра психологии. Много путешествовала по стране, участвовала в симпозиумах и конференциях, снималась в индийских фильмах. Вернувшись в Хабаровск, занималась преподавательской деятельностью, писала рассказы и роман в жанре фэнтези «Последняя принцесса Нуменора», вышедший в этом году. Замужем, воспитывает дочь.

—  Кристина, когда и как вы поняли, что хотите заниматься литературным творчеством?
— У нас дома хранятся тетрадки с моими ранними опусами, тут и законченные романы и наброски с многообещающими названиями: «Ожерелье дьявола», «Сын ведьмы», истории про разбойников, детей-пиратов… Я была на диво продуктивным ребенком. Каждую неделю издавала на салфетке газету для игрушечных жителей нашей квартиры. Так что к творчеству тяготею с малых лет. Процесс придумывания новых сюжетов всегда доставляет мне радость.

— Как бы вы определили свое направление? Почему выбрали именно его?
— Предпочитаю  «крупную» прозу, но бывает, что и стихи сочиняю, и рассказы. Для меня важно вжиться в атмосферу книги, заставить читателя сопереживать моим героям, увлечь его и отправить в путешествие с опасностями, приключениями. Пишу и чувственную прозу. Волшебные миры дают простор воображению, писать о них — наслаждение. Там можно отдохнуть от нашего поднадоевшего технократичного мира и одинаковых будней. Ирония и юмор — моя стезя. А вот сатира точно не мой жанр. Считаю, что литература должна не шокировать, а пробуждать лучшие человеческие качества и дарить надежду. Когда  говорят, что мои произведения поднимают настроение, мне приятно.

— Каким качествами, по-вашему, должен обладать человек, желающий стать писателем? Как вы думаете, есть ли они у вас?
— Богатым воображением, наблюдательностью, любовью к людям, трудолюбием, стремлением к самосовершенствованию. Кроме того, писатель не может состояться без читателя, без критики и … похвал.

— Как вы считаете, на каком уровне, как писатель, вы сейчас находитесь — что уже хорошо получается, а над чем еще стоит поработать?  
— Прежде всего, я сама очень требовательный читатель. Люблю хорошую отточенную прозу: Людмилу Улицкую, Дину Рубину, Алексея Иванова, Сергея Довлатова, Анну Гавальда. Все они мастерски владеют словом, их «вкусно» читать. Мне до них далеко.  Чем больше пишешь, тем больше замечаешь ошибок, лишних слов, штампов и прочей шелухи, от которой следует избавляться. Отличное подспорье для меня — Самиздат на сайте Мошкова. Литературные конкурсы, обзоры, мнения коллег по перу — все это способствует творческому росту. Неплохо, я считаю, мне удаются сюжеты, динамичность повествования, диалоги.

—  Назовите обязательные, на ваш взгляд, составляющие хорошей книги. 
— Книга не должна быть пустой. Самый прекрасный стиль и слог не помогут, если нет идей. Читатель всегда ждет чего-то нового, захватывающего, пробуждающего чувства и мысли. Хорошо, если о книге можно спорить. Она должна быть интересной, искренней. Автор пишет для себя и людей, близких по духу. Если ему самому не нравится то, что выходит на бумаге, то и другим это не понравится. Наконец, книга, особенно в жанре фэнтези должна погружать в атмосферу вымышленного мира так, чтобы он казался настоящим.

— Как родилась идея написать книгу «Последняя принцесса Нуменора»?
— В 1991 году в Хабаровске издали книгу Дж. Р. Р. Толкиена «Властелин Колец»  в переводе  В.А. Маториной. Помню, мой одноклассник настойчиво звал меня вступить в клуб «Хоббит». Народ тогда здорово «толкиенулся» и некоторые даже устраивали игрища по мотивам произведений Профессора. А я прочла еще «Сказание о Нуменоре» из сборника легенд «Сильмариллион» и подумала, а что если все было немножко по-другому? Идея не оставляла меня в течении многих лет, и, в конце концов, я серьезно взялась за дело. «Последняя принцесса Нуменора» — это не сиквел, а альтернативная версия легенды о последних годах королевства Нуменор и о землях Средиземья во времена второй эпохи. Хотелось бы, чтобы люди, неравнодушные к творчеству Толкиена, не пропустили эту книгу. Кстати, как и во «Властелине колец», в моей книге три части.

— Как насчет дальнейших литературных планов?
— В планах у меня два связанных между собой романа: «Охота на фей»  и «Сон о золотом драконе». Но в двух словах о них не расскажешь, сюжеты емкие и замысловатые.

— Что вам дало пятилетнее пребывание в Индии, какие впечатления остались в памяти? 
— Жизнь среди людей, принадлежащих другой культуре — бесценный опыт. Я стала спокойнее, терпимее, свободнее от стереотипов. Больше всего поразили люди: дружелюбные, улыбчивые, патриотичные, они все гордятся своей страной. Индийские юноши очень открытые, настойчивые, с большим пылом знакомятся на улице и поют песни прекрасным дамам. Индийские девушки (даже не накрашенные и немодные)  уверены в своей привлекательности. Они умеют ездить верхом и водить мотоцикл. В домах и у учителей, и у студентов  есть служанки. Все невозможно перечислить. Я написала об Индии  книгу «Чай, чапати, чили, чилим», с ней  и другими моими произведениями можно познакомиться на сайте kamaeva.ru.

Кристина: «А еще я помню такой забавный случай из моей индийской жизни. Индийцам часто требовались статисты с европейской внешностью, и мы этим пользовались. Снимали рекламный ролик якобы в Канаде — на самом деле на вилле индийского богача. Сослуживцы пришли поздравить индийского коллегу с повышением по службе. А его жена угощала всех божественно вкусным рисом. В съемках участвовали  финн, словен, американец, я и американская модель Эмма. Дошло до основного эпизода – мы собрались за шикарным столом.

Первым по сценарию попробовал длинные зернышки финн. Он зачерпнул полную ложку риса и с вежливой улыбкой отправил в рот. Тут с ним случилось что-то странное. Губы плотно сжались, шея напряглась, лицевые мышцы силились удержать улыбку, но она скорее была вымученной, чем блаженной. Казалось, что горло финна категорически не приемлет рис басмати.

— Да ты, кажется, не любитель риса, парень? — участливо поинтересовался словен.
— Моя жена плохо готовит? — испугался индиец.
— Да он же финн! Он не умеет играть, — заявил не слишком тактичный американец Натан. — Давайте я попробую.

Финн сделал предупреждающий знак рукой.

— Что случилось, бедняжка? — спросила Эмма.
— Рис... рис, — наконец-то сглотнул, не пережевывая, финн, — он сырой.
— Рис сырой? — возмутились мы и посмотрели на режиссера.
— Конечно, сырой, — подтвердил тот. — А как иначе прикажете снимать его, чтобы он смотрелся рисинка к рисинке? Просто не надо есть его ложками, берите чуть-чуть, тогда легче будет изобразить удовольствие!

Эту сцену мы снимали долго. За столом воцарилось нездоровое веселье. Стоило одному из нас взять в рот твердый, сырой басмати и воскликнуть: "О, как это вкусно!" — как все остальные падали на стол от хохота. В конце концов, выяснилось, что лучше всех ест сырой рис все-таки финн...».

71
0
Ваша оценка: Нет