Деревянный вернисаж

Текст: 
Анастасия Содоль
Фото: 
Анна Ерошенко

 

Марина Баженова — мастер лесной мозаики. Уже более десяти лет она создает картины из того, чем богата дальневосточная природа.

 

Марина может часами бродить по лесу в поисках нужной ветки липы, ольхи или березы. Собранный материал она привозит домой, отбирает по сортам, нарезает и складывает в коробки для просушки. При создании своих пейзажей она использует также коренья, мох, древесный гриб, ковыль, сухие листья и опилки.

«Вдохновение может прийти внезапно, — говорит Марина. — Тогда я стараюсь отложить все свои дела и сажусь за работу. Карандашом наношу контур рисунка на планшет, развожу клей, достаю срезы и начинаю выкладывать рисунок. Каждый срез креплю отдельно, нанизывая на иголочки и окуная в клей. На хабаровских ярмарках зрители часто не верят, что картины из дерева — слишком уж тонкие и мелкие срезы.

На то, чтобы овладеть таким мастерством, у меня ушло много лет. Всему, что я знаю, я научилась у своего папы — Александра Калмыкова. Он открыл его в тяжелый для себя период, когда на производстве произошел несчастный случай — папа лишился ноги и был списан «на пенсию». Занятие мозаикой, которое он осваивал самостоятельно, отвлекало от тяжелых мыслей. Он мог часами делать срезы и кропотливо выкладывать таежные пейзажи на куске оргалита.

Пятнадцать лет он совершенствовал технику прямого среза и даже придумал свое «ноу-хау», так называемый «косой» срез, который придал его таежным пейзажам больше реалистичности.

Я часто у него спрашивала: «Ну почему у меня не получается, я же делаю то же самое, что и ты?» А он отвечал: «Пока не почувствуешь материал руками, ничего не получится».

Папа возился со мной, как с маленькой, — вспоминает она. — Терпеливо объяснял каждый этап создания мозаики, исправлял ошибки. Сначала я делала несложные работы — птиц, медведей. Часто не получалось — приходилось полностью снимать изображение и начинать все сначала. Однажды я подошла к отцу и сказала: «Хочу сделать тигра, но боюсь, что не получится». А он ответил: «Хочешь сделать, сделай. Отбрось все сомнения и поверь наконец в себя». И я сделала его на одном дыхании. С тех пор тигры стали моей визитной карточкой, самым любимым персонажем таежных пейзажей».

Александра Калмыкова уже нет семь лет, а в квартире Баженовых до сих пор висит его картина. «Я занимаюсь мозаикой уже более десяти лет, но даже сегодня я вряд ли смогла бы повторить подобное, — уверена Марина Баженова. — Папа мог выкладывать из среза дерева даже иконы. Это удивительно! Я бы хотела однажды выложить лицо человека, но это невероятно сложно. Нужно наносить несколько слоев опилок так, чтобы все бугорочки, все выпуклости лица смотрелись естественно. Пока я не решаюсь на это замахнуться».

Марину сегодня часто просят дать мастер-класс, а она отказывается. «За несколько уроков научиться этому ремеслу нереально. Чтобы «набить» руку потребуется не один год», — говорит она. А тех, кто хочет заработать на этом виде творчества, предупреждает: «Даже если картины будут выполнены на пять с плюсом, спрос на них будет низким. Это не тот вид творчества, на котором можно заработать большие деньги».

Когда-то и ее сильно расстраивало, что отдавая массу сил работе, она не получает финансовой отдачи. Люди приходили на ярмарку мастеров в Хабаровске, видели картины, улыбались и уходили. Никто ничего не покупал. Было ощущение, что никому не нужно то, чем она занимается. Часто возникало желание выбросить все работы, забыть о мозаике и больше к ней никогда не возвращаться. Но проходило время, вновь возникала потребность творить, и она, как и прежде, все дни напролет проводила за любимым занятием.

За­ более чем десятилетний период творчества ни одна из ее картин не получила названия. В альбоме автора скромно написано: медведи, тигры, птицы... «Я не художник, — говорит Марина. — Это они любят придумывать названия своим картинам. А мне не важны слова, главное — изображение. Если оно сделано талантливо, то зрителю и так все понятно».

Не так давно благодаря ярмарке мастеров ей удалось продать некоторые картины в Канаду, США и Израиль. «Пусть это разовые заказы, — говорит она. — Совсем небольшие деньги. Но уже то, что моими работами стали интересоваться, для меня очень важно».

Пока ей некому передать секреты мастерства — сын не интересуется мозаикой, племянница увлекается графикой и лепкой. «Одна надежда на внуков, — говорит она. — Возможно, именно они продолжат семейное ремесло и сохранят в Хабаровске традиции славного дела».

51
0
Ваша оценка: Нет


Отправить комментарий

ВОЙТИ С ПОМОЩЬЮ
Ваше имя
Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
Комментарий
By submitting this form, you accept the Mollom privacy policy.

Комментарии