Куда закатить истерику?

Текст: 
Антонина Климина

 

Детские шалости а-ля размазать краску по обоям или вычерпать воду из ванной ковшиком прямо на пол меня, по правде сказать, не очень напрягают.

 

 

Во-первых, потому, что дети, как правило, не ставят своей целью специально навредить. Просто им интересно исследовать мир и проводить творческие эксперименты с обычными вещами. Во-вторых, потому что мои, слава Богу, не знают, что я откалывала в их возрасте. Бедные мои родители!

Но вот чего я никогда не могла себе объяснить, так это ужасные истерики, непредсказуемые, бессмысленные и выматывающие душу всем участникам. И, самое главное, я никогда не могла понять, как их остановить?

О том, что «воздействие на нижние чакры позволяет активировать верхние», пишут даже в эзотерической литературе. Да. Но в случае с моим сыном, когда он катается по полу и противно кричит во всю жизненную емкость легких, правило нижних чакр почему-то не работает. Он только начинает завывать сильнее и противнее, становясь еще более неуправляемым. И вообще, такие методы — это прошлый век, вколачивающий древнюю истину «кто сильнее, тот и прав», поэтому я стараюсь к ним не обращаться.

Не работают также шантаж, угрозы, подкуп, попытки переключить внимание и наказания в виде лишения всех благ. «Не успокоишься — ты больше НИКОГДА не пойдешь гулять!» — кричит растерявшийся от бездейственности предыдущих угроз отец. Но и это пропадает втуне.

Оставшийся ассортимент жалок и скуден: поставить в угол, запереть одного в комнате, ну и (что приходит на ум только как сладостная мечта) — связать по рукам и ногам, кляп в рот, положить на кровать и пойти наслаждаться долгожданной тишиной и покоем.

Но, кроме шуток, как же все-таки справляться с детскими истериками? И вопрос получше — как их предотвращать? Почему человек, хорошо усвоивший русский язык, вдруг отказывается его понимать? И где находится кнопка «Выкл.», позволяющая отменить безобразный сценарий семейного вечера?

Ощущение своей полной неспособности остановить детскую истерику хорошо лишь одним: оно заставляет искать новые, еще неиспробованные варианты действий и задуматься наконец о причинах бескомпромиссных выступлений горячо любимого отпрыска.

Есть мнение, что любой человек состоит на 51% из хорошего и на 49% — из плохого. И в этом есть как плюсы, так и минусы. С одной стороны, здорово, конечно, что положительных черт больше. А с другой — недостатки, как ни крути, есть у всех, даже у самых замечательных людей. Вещи очевидные, но о них этом очень часто забываешь. Стремясь защитить ребенка от всевозможных ошибок в будущем, слепить из него идеального человека, пытаешься перекроить его несовершенную человеческую натуру, вытравить все недостатки как что-то чужеродное, не имеющее отношения к «моей милой деточке» и выдрессировать на предмет хорошего поведения. «Хорошие девочки так себя не ведут», «хорошие дети делают так и вот так», «ты хоть раз видел, чтобы соседский Петя так поступал?», «Сегодня ты себя вел хорошо, и я тебя люблю» (или даже: «Ты плохой, я тебя не люблю!»). И этим ясно даешь понять, что любовь родителей и прочие радости жизни просто так не выдаются, их необходимо заслужить — вести себя хорошо, тихо и правильно, создавая взрослым как можно меньше проблем.

Но позвольте! Все мы время от времени ведем себя плохо, злимся, обижаемся, страдаем, раздражаемся и совершаем идиотские промахи. Это часть жизни любого человека: и большого, и маленького.

Целыми днями мы вдалбливаем детям правила из списка «как быть хорошими». Но вот о том, что делать с «плохими» чувствами, заставляющими вести себя «неправильно», мы почему-то никогда (или почти никогда) не говорим.

Да и умеем ли мы сами справляться со своими обидами, ревностью, злостью или просто накопившимся напряжением в конце нелегкого трудового дня? Кажется, мы не меньше своих детей хотим выглядеть хорошими мальчиками и девочками в глазах окружающих. Сдерживаем себя. Уговариваем. Прячем обиду поглубже, на самое дно души, постепенно превращаясь в свалку токсичных мыслей и чувств. Или, если уже не в силах терпеть, вываливаем все на окружающих неконтролируемой вспышкой гнева, а после бесконечно терзаем себя стыдом и чувством вины. Да, по правде сказать, мы и сами не всегда умеем правильно обращаться с собственным негативом.

Что же тогда говорить про детей, с их куда более скудным жизненным опытом? Может, эти безобразные истерики происходят во многом из-за неумения выражать свои негативные чувства по-другому?

Эта идея для меня была как гром среди ясного неба. Бам! С ума сойти, он просто не знает, что делать со своими «плохими» чувствами! Ведь истерика на пустом месте не возникает, даже если нам так кажется со своей взрослой колокольни. Если ребенок на пределе и уже не может сдерживать себя, чтобы быть хорошим, любой незначительный эпизод («Ну что в этом такого, подумаешь!» — говорим мы, пожимая плечами) способен спровоцировать взрыв. Ну не может он получить то, что хочет, прямо сейчас и в нужном количестве. Обиделся. Взрослые не обращают внимания. Мама чересчур эмоционально отреагировала на какой-то поступок. Просто-напросто устал и уже ничего не может, а родители заставляют убирать игрушки. Каждое из этих происшествий вызывает негативное переживание, а куда его девать — неизвестно! И самый простой вариант — истерика!

Самое забавное, что для того, чтобы осознать эту истину, мне потребовалась уйма времени, сил, нервных клеток и километры прочитанных книг и статей. Для того чтобы научить ребенка действовать по-другому, потребовалась всего одна неделя. Причем по большей части меняться пришлось мне самой, начав с практической отработки азбучных истин, о которых я, разумеется, знала, но которые, как выяснилось, применяла не так уж и часто.

К примеру, не нова идея о том, что принимать ребенка нужно всяким и всегда, а не только когда он поступает так, как нужно мне. И что давать оценку нужно не человеку, а его поступку (не «ты плохой», а «ты поступил плохо»). Но все это удавалось мне поначалу с явственно слышным скрипом, ведь в реальных условиях гораздо сложнее сдержаться и не перейти на личности, да еще и помнить обо всех этих педагогических премудростях.

 Во-вторых, мы начали проговаривать, озвучивать негативные чувства, не давая им оценки («Я вижу, ты очень разозлился, что я не разрешила тебе посмотреть еще один мультик», «Ты расстроился из-за того, что папа не взял тебя с собой»). Вначале казалось, что все это звучит как-то странно и глупо: зачем говорить очевидное? Но, что удивительно, во многих случаях признать чувство оказывалось достаточно, чтобы снять напряжение и предотвратить развитие событий по классической схеме.

И еще мы стали искать другие способы выражения злости, обиды и разочарования.

Как-то под вечер ребенок решил закатить очередную истерику. Он уже набрал в грудь побольше воздуха, но я оказалась быстрее и подсунула ему под нос лист бумаги и ручку. «Ты сейчас ужасно злишься» — «Да, ужасно!» — «Можешь нарисовать, как именно: так (зигзаг), так (спиральки) или вот так (прямые линии)?» — «Вот так!» — «Так давай, нарисуй!»

Сын начал экспрессивно покрывать бумагу длинными прямыми. На десятой линии он отложил ручку и совершенно спокойно сказал: «Все, мама, я больше не хочу рисовать». Потом встал и пошел как ни в чем не бывало играть с машинками. Если бы сама этого не видела — точно бы не поверила!

А недавно я сорвалась. Доведенная до белого каления, изменила всем своим старым и новым принципам и прозаично отшлепала сына. А потом с непроницаемым лицом, выражающим, как мне казалось, справедливость и возмездие одновременно, вышла из комнаты, ощущая неловкость по поводу содеянного. Спустя полминуты ко мне подошел ребенок, накрыл мою руку своей и, серьезно глядя в глаза, сказал: «Мама, мне очень неприятно, когда меня шлепают по попе. Не делай так больше, ладно?» — «Хорошо», — пропищала я чуть слышно, испытывая при этом целую гамму противоречивых чувств. С одной стороны — стыд и понимание, что попытка «воспитать ремнем», как и следовало ожидать, провалилась. Но в то же время к стыду примешивалась гордость за то, что в этой неприятной ситуации мой сын оказался на высоте и что в этом есть моя, хоть небольшая, но заслуга.

 

Полезные книги:

1.     Ю. Гиппенрейтер «Общаться с ребенком. Как?»

2.     А. Фабер, Э. Мазлиш «Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили».

3. К. Прайор «Не рычите на собаку! Книга о дрессировке людей, животных и самого себя».

102
0
Ваша оценка: Нет