Податливый лед

Текст: 
Антонина Климина
Фото: 
Анна Ерошенко, архив Вадима Полина

 

Накануне нового сезона Вадим Полин, один из самых талантливых российских ледовых скульпторов, поделился с нами мыслями о профессии и фестивальной жизни.

 

 

Зимой прошлого года на престижном международном ледовом фестивале Art meets Ice  в Хельсинки (Финляндия) неожиданно для всех: судей, зрителей и признанных мэтров — первое место заняла работа молодых скульпторов из Хабаровска Вадима Полина и Ивана Локтюхина.

Затем они вошли в число лучших на BR WORLD ICE ART CHAMPIONSHIPS Fairbanrs Alaska в США, заняли первое место на  IVМеждународном конкурсе «Вифлеемская звезда-2012»…

В течение последних нескольких лет они неоднократно становились победителями и призерами всероссийских и региональных конкурсов, создавая нестандартные скульптуры из песка, дерева и льда.

 

 

 

Мое детство прошлов поселке Де Кастри Ульчского района. Учился я плохо, регулярно прогуливал занятия. Школа мне не нравилась в принципе: там было неинтересно. Но когда меня собрались оставить в девятом классе на третий год, я решил: поеду в Хабаровск поступать в училище. Я немного увлекался резьбой по дереву, да и мой дядя, профессиональный резчик, кое-чему меня научил. Так что выбор профессии был очевиден, я быстро стал лучшим в своей группе. Я ходил в мастерские к знакомым резчикам, смотрел, учился. В армии так и отслужил по специальности – с электролобзиком. Потом поступил в колледж искусств на декоративно-прикладное отделение. И уже со второго курса начал работать со льдом. Тогда на площади Ленина только начали организовывать выставки ледовых скульптур, я попросился в команду, и меня взяли.

Со льдом в Хабаровске работают три недели в году. Несколько лет я участвовал в конкурсах, набирался опыта, учился, а потом на втором хабаровском деревянном фестивале в парке Динамо познакомился с Иваном Локтюхиным,  и оказалось, что совместные работы у нас получаются лучше, чем те, что мы делаем отдельно. С тех пор вместе и творим.

Обычно в командах один все придумывает, а другой ему помогает. Мы же всегда думаем вместе, и это, я считаю, одно из наших главных преимуществ. Еще мы очень серьезно готовимся к каждому конкурсу: разрабатываем технологию, изучаем специфику фестиваля, на который едем, чтобы знать, что будут оценивать и чего ждать.

Вообще мы разные: Иван готов принимать участие в фестивалях независимо от материальной выгоды, а я не люблю работать бесплатно. На ледовые мы традиционно ездим вместе. Каждый вносит в работу что-то свое: Иван делает скульптуру в общих чертах, а я, как резчик, довожу ее до совершенства. И, судя по всему, такая стратегия себя оправдывает: практически на всех фестивалях, куда нас приглашают, мы занимаем призовые и первые места.

Лед – идеальный материал. Во-первых, зимой его много, и он сам образуется, надо лишь найти подходящий водоем. Во-вторых, он идеально пилится, идеально стругается, а самое главное – клеится сам на себя: на жидкий лед. Это лучший вариант. И, в-третьих, его даже не надо убирать. Завалил в ближайший овраг или на обочину дороги – и дело сделано. Дерево же нужно клеить профессиональным клеем, это гораздо более сложное и трудоемкое занятие. А лед при склеивании образует монолит, ему можно придавать любую форму. Используя эту особенность, можно создавать очень интересные вещи.

На фестивале нужно суметь удивить людей мастерством, красотой. Сделать то, чего не могут другие. Мы никогда не ставим цель занять первое место, наша цель – создать хорошую работу. Приз – второстепенная вещь.

К примеру, делали мы скульптуру на фестивале в Екатеринбурге, тема была «Вишневый сад».  Наша - «Ветер перемен» - представляла собой  падающее, разрушающееся здание, символ уходящего прошлого и современности. А работали мы напротив дома правительства – сталинский стиль, а сверху пик и герб СССР. И в конце мы решили сделать на нашей скульптуре точно такой же пик, с серпом и молотом. Так сказать, вписать ее в среду. Работали-то мы как раз напротив здания, сходство очевидно, и судьи были в шоке: «Как вы ловко подметили смену правительства!» Оказалось, что у них недавно были выборы, появилось новое правительство, а мы даже об этом не знали. Просто создали хороший образ, и зрители в нем сами что-то нашли. Заняли тогда первое место, это был один из самых престижных российских конкурсов.

 

В России представления о хорошей скульптуресильно отличаются от мировых. У нас ценятся понятные вещи, смешные, интересные, забавные, но не шокирующие. Где есть какая-то ясная и интересная идея, чтобы зритель посмотрел на скульптуру и понял, что к чему и зачем.

В Европе ищут свежую концепцию, идею, там правит бал современное искусство, и с этим иногда даже перегибают палку. Когда мы впервые приехали на ледовый фестиваль в Финляндию, единственное, что мы поняли про критерии оценки – то, что жюри здесь любит что-то непонятное. И в следующий раз мы приехали во всеоружии. Наша работа на тему природного дизайна называлась «Свет земли». Мы вырезали изо льда два ростка дальневосточного папоротника. Правда, кроме нас об этом никто не знал, и работу сочли достаточно непонятной для того, чтобы присудить ей первое место.  

В США и Канаде совершенно другой взгляд на ледовую скульптуру, приветствуется экшн, спецэффекты и качество. Жюри на полном серьезе подсчитывает все недочеты, оценивает все технические нюансы, технику исполнения.

В Китае сильны традиции. Искусство ледовой скульптуры туда принесли русские еще до революции, и все умения оттачивались без малого лет сто. В России же интерес к таким вещам возобновился только в 90х годах, американцы увлеклись этим в 80-х. Так что самые мощные мастера – это азиаты.

А с якутскими скульпторами соревноваться на их территории практически невозможно. Они знают свою культуру и свое дело: большинство из них  потомственные косторезы, резчики по дереву, это у них в крови. Наше счастье, чтоледовый фестиваль в Якутии проводился в разгар главного якутского национального праздника. Это все равно, что в новогоднюю ночь устроить конкурс для русских художников на площади. Кто там будет работать? А у нас-то не было никакого праздника, мы просто трудились, в отличие от остальных. Потому, очевидно, и победили.

Самыми безумными, самыми творческими, наверное, были первые фестивальные работы. Тогда мы много экспериментировали, потом уже появился профессионализм, и сейчас работаем в том же самом ключе, но  это уже узнаваемый, привычный стиль. Одна из самых сумасшедших скульптур называется «Глубокоосенний слоноцвет», мы ее создали на снежном фестивале в Новосибирске. Как-то раз нам пришло в голову сделать существо, которое одновременно ползет и размножается почкованием, мы стали развивать эту мысль, и получилась целая история. Такой снежный вариант эволюции слонов, в обратном порядке, когда слон превращается обратно в мамонта. Но используется для этого почему-то клетка осьминога.

 

Скульпторы свободны от многих стереотипов, от власти денег, им никто не диктует сверху. Но когда занимаешься творчеством, самое сложное- заставить себя работать. Грань между творчеством и ремеслом определяется ленью. Чуть поленился, и уже у тебя работа в лучшем случае ремесленная. Надо каждый раз переживать свою работу на грани эмоции, пропускать через себя, сохранять свежесть восприятия. У нас с Иваном бывают моменты, когда работаешь, работаешь и вдруг понимаешь, что получается не творчество, а рутина. Тогда мы откладываем инструменты и идем чудить: отдыхать, гулять, что-нибудь придумывать.

На фестивалях самое лучшее – искупаться в водоеме, где добывают лед. Или побродить, изучить местность, что-то найти особенное. Это частенько бывает полезно. Один раз на байкальском фестивале мы решили немного развеяться, зашли достаточно далеко от места работы и нашли абсолютно чистую полосу льда. Настолько, что когда идешь по ней, кажется, что под тобой и нет ничего, хотя там слой толщиной сантиметров семьдесят. Это шикарный материал. Мы придумали, как вписать его в свою композицию, и в последний день пошли, вырезали и сделали из того льда огромную звезду. И водрузили на самый верх. Ни у кого такого материала не было, и больше я такого там не видел. Все, конечно, тут же побежали себе напиливать и наламывать того же льда, но поздно: композиции-то окончены. И мы снова победили.

 

Я думаю, что качество наших работза годы участия в фестивалях выросло не за счет появления каких-то новых, более совершенных инструментов, а за счет появления опыта, своего стиля, различных технических приемов и ноу-хау, которых нет больше ни у кого. Однако техника – не самоцель, важнее с ее помощью суметь выразить идею и сделать это красиво. Настоящий мастер в каждой работе создает свой собственный уникальный мир, в котором действуют особые, только им придуманные законы.

46
0
Ваша оценка: Нет


Отправить комментарий

ВОЙТИ С ПОМОЩЬЮ
Ваше имя
Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
Комментарий
By submitting this form, you accept the Mollom privacy policy.

Комментарии