Философский камень

Текст: 
Анастасия Хаустова
Фото: 
Евгений Пасечников

Размышляем вместе с кандидатом философских наук, доцентом кафедры философии и культурологии ТОГУ Андреем Теслей

В случае выбора молодым человеком пути ученого все и индивидуально, и типично одновременно. Начиная с XIX века в обществе сформировались устойчивые карьерные траектории. Это связано с возникновением гумбольдтовского университета, задумка которого проста — профессорами вуза должны становиться не учителя, а ученые. Обучение оказывалось не передачей «готового» знания, а введением в исследование. Часть студентов оканчивала вуз и выходила за его пределы, а кто-то оставался — становился преподавателем. У меня все сложилось по-гумбольдтовски — я остался. Моя профессиональная биография скучна — окончание ДВГУПС, преподавание, переход в ТОГУ. В какой-то момент мне повезло — круг моих интересов совпал с интересами публики. Как-то я готовил лекции по истории русской политической мысли. Одна из составляющих — славянофилы. Начал изучать тексты, и мне в руки попала переписка Ивана Аксакова с родными. Зацепило с первых страниц — и язык автора, и мысли. Тема оказалась мне симпатичной и стала основной в исследованиях.
 
Тяга к более глубинным знаниям у любого ученого со школы. Конечно, исследовательский навык приобретается в университете, но способность к самостоятельному получению знаний, любовь задавать вопросы, интересоваться не только тем, что предписано, — все это должно проявляться с ранних лет. Это базовый драйв любой научной области — ты просто хочешь знать. Для внешнего мира ученому нужно все это упаковать и предложить аргументы в пользу того, чем он занимается, но изначально нужен сильный движок, а это просто интерес.
 
Пожелать судьбу ученого молодому человеку иногда может быть даже жестоко. Благополучный сценарий важен для человека науки, в противном случае он может просто сломаться. На начальном этапе, после студенческой скамьи, самое важное — окончить магистратуру, а затем и аспирантуру, хорошо защититься. А потом наступает сложность — найти себя, сферу применения своему научному багажу. Среди студентов редко вижу «будущих ученых», скорее, просто одаренных личностей, у которых, при определенных обстоятельствах, может все сложиться в этой области или иной. Среди этих обстоятельств лидирующие позиции у личного выбора и решимости.
 
Самое печальное событие для мировой науки — конец холодной войны. Важные исследования стимулируют глобальные противостояния, ведь всегда нужно быть готовым к ответу противника. При таком сценарии растут фундаментальные исследования. Когда противостояния нет, все начинают говорить о разработках с близкой отдачей — в лучшем случае речь идет о пяти годах, в худшем — о годе. Огромный ряд исследований такими сроками не живут.
 
У молодой науки есть лицо и характер. Она интегрирована в мировую науку. Речь идет о других навыках, которыми владеют сильные студенты. Скажем, еще 20 лет назад человека, в нашей стране студента-не-филолога, владеющего пятью-шестью иностранными языками, можно было в цирке показывать, а давать литературу, необходимую для исследования, в оригинале зарубежного автора могло показаться несмешной шуткой. Сегодня это если не норма, то во всяком случае не радикальная экзотика. Ученые могут участвовать в проектах реализуемых на любых континентах. 
 
Вы спрашиваете, есть ли у Дальнего Востока шансы стать научным центром. Адекватнее всего, при желании ответить положительно, последовать примеру блондинки из анекдота, которую спросили: «Каковы шансы на то, что, выйдя на улицу, вы встретите динозавра?». Она ответила: «50 на 50, то ли встречу, то ли нет».
 
Я не знаю, какое будущее ждет философию в качестве учебной дисциплины. Все зависит от целей нашего образования. Вот, например, Оксфорд конца XVIII века. Цель — воспитать джентльмена. Можно легко отследить, насколько эта цель была достигнута. Если говорить о современном образовании, то иногда мы говорим безумно пафосно — «нам нужно сформировать разностороннюю личность». Если так, то философия просто необходима. А если мы, хотим получить бухгалтера, обладающего определенным профессиональным функционалом, тогда, возможно, философские знания избыточны. Наш выпускник будет способен справляться с трудовыми задачами, но будет ли при этом личностью?
 
Светлая мечта для любого ученого — признание. Хочется написать работу, которую, по гамбургскому счету, можно назвать сильной. Чтобы результаты труда высоко оценили коллеги, ведущие эксперты в области твоих исследований. 
 
Главное для молодого ученого — умение заключать компромиссы. Но это должен быть именно компромисс, а не сдача. Всегда приходится согласовывать то, что нужно тебе, с существующей повесткой дня, общественным запросом. Важно при этом сохранить свои желания, убеждения, круг интересов. По большому счету, то, что тебя волнует. Есть такая старая советская формулировка: «Наука — это удовлетворение собственного интереса за государственный счет». Если такой баланс удастся установить и сохранить — это здорово.
0
0
Ваша оценка: Нет


Отправить комментарий

ВОЙТИ С ПОМОЩЬЮ
Ваше имя
Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
Комментарий
By submitting this form, you accept the Mollom privacy policy.

Комментарии