Подводные камни

Текст: 
Наталья Викторова
Фото: 
Вячеслав Митинькин

Будущие водолазы проходят тестирование на психологическую устойчивость, сдают спортивные нормативы. Встречаются и такие, которые не умеют плавать. Но это ничего не значит — как далеко они пойдут, зависит от того, насколько им это нужно

Алексей Простокишин, начальник водолазного поисково-спасательного подразделения ДВРПСО МЧС России

В водолазном деле мелочей не бывает.
Перед погружением нет самоуверенности: «Я все могу, умею», идешь с волнением, осторожностью. Нелишним будет еще раз проверить снаряжение, а также используемое оборудование, ведь так мы не только сохраняем свою жизнь, но спасаем жизни других людей. 
Умелое обращение со снаряжением для нас — самое главное.
Знание правил безопасности и оказания первой медицинской помощи на воде, выполнение водолазных работ на глубине, установленной профильной комиссией, устранение основных неисправностей и профилактический ремонт оборудования — без этого в нашем деле никуда.
Нашу профессию выбирают из-за романтики.
При спуске на глубину мы сталкиваемся с условиями плохой видимости и другими «неприятностями», однако преграды, скорее, усиливают желание достичь поставленной цели, нежели притупляют его.
Стальные нервы — необходимость для водолаза.
Ну и призвание, конечно. Позитива в нашем деле немного. Мы ищем утонувших, поднимаем со дна мины, автомобили, оружие, производим осмотр судов. Но при всем при этом каждому из нас очевидны необходимость и важность нашего дела.
У всех свои мотивы выбора профессии, меня привлекла ее разносторонность.
Здесь постоянно все по-другому — нет места однообразию, возникают новые задачи, регулярная смена объектов, на которых производятся работы. Радует, что делаешь то, что действительно необходимо.
График работы у нас классический.
Пятидневная рабочая неделя. Нередки командировки. Например, недавно был выезд в село Реттиховка Приморского края, где спускались на глубину до 60 метров и таким образом подтверждали свой профессиональный уровень.
Бездельников у нас не бывает.
Рабочий день начинается с построения, после чего мы приходим в общее подразделение на планерку и определяем задачи: либо предстоит спуск, либо выезд на поиск. Если не то и не другое, занимаемся обслуживанием водолазного снаряжения. 
В год водолаз должен «нанырять» не менее 60 часов.
В противном случае подтвердить свою квалификацию будет очень сложно. 
У нас есть свой собственный язык общения, который состоит из тактильных и визуальных сигналов.
Как только водолаз спустился на воду, к нему прикрепляют «сигнальный конец» веревки. После того как специалист оценил ситуацию, он подает сигнал «наверх». Веревка дернулась один раз — водолаз чувствует себя нормально, страхующий водолаз, который не погружается, дублирует информацию голосом руководителю спуска: «Водолаз на грунте чувствует себя хорошо». В случае если веревку дергают три раза, значит, пора на поверхность, если частые подергивания снизу, это значит, что водолазу немедленно нужно вернуться. Если такой возможности нет, необходимо спустить страхующего. Визуальные сигналы незатейливы, большой палец вверх — все хорошо. В некоторых случаях пользуемся разговорной связью — при такой необходимости снаряжение оборудуется телефонной гарнитурой.
Барокомплекс в подразделении Дальневосточного регионального поисково-спасательного отряда МЧС — уникальный.
В России подобных всего два — в Хабаровске и в Сочи. Помимо многочисленных приборов разного назначения, в нем установлена барокамера для подготовки организма к повышенному давлению. Помимо этого барокамера предназначена для проведения лечебных процедур. 
Никакой кризис водолазному делу не страшен. Такая профессия востребована во все времена, ведь все, что находится под водой, требует участия таких смелых и удивительных специалистов. 
0
0
Ваша оценка: Нет


Отправить комментарий

ВОЙТИ С ПОМОЩЬЮ
Ваше имя
Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
Комментарий
By submitting this form, you accept the Mollom privacy policy.

Комментарии