Сирийский взгляд

Текст: 
Вера Чеботарева
Фото: 
Урал Гареев

Шахла Деири приехала в Хабаровск из Сирии, чтобы окончить магистратуру по архитектуре в Тихоокеанском государственном университете. Она рассказала о том, чем смутили ее хабаровские здания, каким она увидела наш город и нас и почему местная шаурма не имеет ничего общего с настоящей. О дружбе, изучении языка с нуля и силе духа, способном преодолевать границы, в прямом и переносном смысле

 

Приехала летом, но это как будто была зима. 
Я прилетела в Хабаровск 23 августа 2018 года. На улице было + 18, но, когда я улетала из дома, там было + 32. Почувствовала себя здесь, как будто зимой, очень мерзла, начала болеть, адаптироваться к новому климату. Но сейчас все великолепно. Я даже маме говорю, что никогда не подумала бы, что смогу сказать «мне тепло», когда на улице температура ниже ноля градусов. В Хабаровске чудесно, ведь здесь можно увидеть разные времена года. 
 
Хабаровск — идеальный город для планирования. 
Я изучала архитектуру в Сирии, но магистратуру хотела окончить именно по городскому планированию. Это самое сложное, что есть в архитектуре, высший пилотаж. Если ты разбираешься в данном вопросе, будет легко работать во всех других архитектурных направлениях. Я выбрала Хабаровск, потому что это новый город. У нового, молодого города больше возможностей для планирования. Он в любом случае будет расти и расширяться. И здесь шире горизонты для работы, трудоустройства и развития. И для меня это более серьезная работа, чем просто создавать дизайны для квартир, как бы я делала, оставшись дома. Я не выбираю легких путей. Если легко, мне не интересно, это наскучивает. 
 
Собравшись учиться здесь, я перевернула весь интернет. 
Искала университеты в разных городах и уголках России. Изучила все вузы, где преподают архитектуру. Большинство из них меня не впечатлили, потому что они расположены в городах, которые хорошо известны в Сирии: Москва, Санкт-Петербург, Сочи. Я хотела чего-то нового, экзотического в моем понимании, самобытного. И то, что соответствовало бы моим дальнейшим целям. Если бы я выбрала для себя магистратуру по историческим зданиям, остановилась бы на Москве. Но мне близко именно то, что можно получить от Хабаровска. Хотя раньше я даже не слышала никогда названия этого города. Обратилась к туроператорам в Сирии — они тоже не знали, что это за место и где оно. Мне пришлось узнавать самой. Обычно это делают агентства — обращаешься к ним, оплачиваешь услуги, и они связываются с вузом и делают всю работу за тебя, ты только едешь по маршруту. Я же все сама. Начала с того, что сравнила Владивосток и Хабаровск. Мне понравилось, что эти города совсем рядом с Китаем и Кореей. Значит, можно съездить в эти страны. Я всегда интересовалась разными стилями и направлениями в архитектуре, в странах Азии она удивительная. 
 
Хабаровск меньше Владивостока — это комфортнее для меня. 
Я всегда испытываю шок, когда еду в другую страну. Особенно когда не знаю языка. А когда город, в который едешь, очень большой, это дополнительный стресс. 
 
Я готовилась к поездке, знакомясь с русскими. 
Я стала искать людей в «ВКонтакте», узнавать, как тут живется, какие традиции, что мне стоит делать, а что — нет. 
 
Разный менталитет, разный стиль жизни. 
Но знаете, когда я начала общаться с русскими ребятами, увидела много схожего с нашими традициями. Примета с разбитым зеркалом у нас такая же: разобьешь — семь лет несчастья. Я была удивлена. Думала, что это чисто наше поверье. А каравай на свадьбе! Соленый хлеб! Я маме позвонила и сказала: «Мама, слушай, здесь наши люди, они такие же, как мы!». 
 
У меня было совсем иное представление о русских и о России. 
В Сирии я думала, что русские люди очень серьезные, никогда не смеются, не шутят, а только едят борщ и живут среди медведей. Я была приятно удивлена, что это совершенно не так. 
 
Здесь у меня есть друзья. 
Нашла их еще до моего переезда сюда в соцсетях. Когда я приехала, они меня встретили в аэропорту, помогли с багажом. Вместе мы начали изучать русский язык. До сих пор спрашиваю их о чем-то, например о непонятном сленге. Дома у меня было много друзей из разных стран. Они совсем не такие, как русские. Они не готовы помогать, как вы. 
 
Я бы могла окончить магистратуру в моей стране. 
Это дешевле, проще, но для меня остановка на одной и той же точке — это не прогресс. Я говорила со многими друзьями из других стран, мы были растеряны, когда приехали сюда. В Сирии нас учили, когда ты смотришь на здание, ты должен понимать, что это: школа, больница, магазин. Для чего это, должно быть понятно по фасаду — цель постройки этого конкретного здания. Здесь все не так. Смотришь на здание, а что это — непонятно. К примеру, хочу зайти в банк, открываю дверь и вижу много-много дверей других офисов. Мы не привыкли к такой архитектуре. Она должна быть простой для понимания, люди устают, когда вокруг много сложных построек. Когда мы идем по улице, не обязательно, чтобы одно здание подходило к другому. Оно должно отвечать на вопрос, что это и для чего построено, в чем его функция. Когда ты теряешь время на открывание дверей, понимаешь, что это не то, что нужно. Нужно сделать что-то проще, понятнее, доступнее. Поэтому вначале я была очень растеряна, но когда начала путешествовать по городу, увидела, что есть много современных, новых построек, которые гораздо более функциональны, продуманы. Хочу остаться здесь и создавать удобные дома. 
 
Моя мечта — проектировать парки. 
Та отрасль архитектуры, в которой я хотела бы работать, не совсем про здания, — про парковые зоны. Это то, что мне интересно. В Хабаровске об этом заботятся, уделяют парковым зонам особое внимание. Из мест, которые я могу выделить, — Амурский бульвар. Эта территория сохраняется: растительность, много зелени. Здесь очень много пространства, на котором можно творить. 
 
Сразу, как приехала в Россию, чувствовала себя будто «глухой». 
Я ничего не понимала, потому что мой русский был никакой. Но как-то вдруг начала понимать. Нужно быть вовлеченным, включенным во все процессы вокруг. Я училась в английской школе в Дубае и почему-то думала, что все учителя говорят на английском языке. Выяснилось, что нет. Я первое время очень злилась, потому что не понимала. Первые два месяца были ужасны, но как-то я преодолела это. Стала смотреть уроки в Youtube, слушать, читать — погрузилась максимально в изучение. И стало получаться. Стала писать все в записную книжку по-русски. 
 
Мыслей уехать домой и сдаться не было ни разу. 
Особенно из-за незнания языка. Никогда бы это не стало поводом отказаться от моих целей! Грамматика русского языка схожа с нашей, я это сразу заметила и отнесла в плюс, потому что, к примеру, китайским студентам гораздо тяжелее освоить русский язык, потому что вообще другая грамматика. Успокоилась и решила, что овладею русским быстро. Справляюсь. 
 
Меня расспрашивали обо всем, узнав, что я приехала из Сирии. 
Многим было интересно узнать правду. И я бы спрашивала на их месте. В магазине, когда я начинала говорить по-английски, меня спрашивали, откуда я. И, когда узнавали, откуда, просили рассказать обо всем как можно больше. Я начала блокировать эти разговоры, потому что это не то, за чем я приехала. Хочу с позитивом презентовать свою страну здесь, не говорить о плохом. Да, там война, что тут скажешь.
 
Я привезла с собой хаски. 
Он живет у моих друзей до тех пор, пока я не перееду из студенческого общежития. Возможно, это случится в следующем году. Люди в аэропорту смотрели на меня в ужасе. Еду из Сирии, везу с собой хаски. Даже в Москве, когда была стыковка между рейсами, я переоформляла заново документы для того, чтобы на эти два часа ожидания забрать ее из багажного отделения. Многие пытались помочь, просили сфотографироваться с ней. Сейчас мы вместе гуляем в парках. У нас нет такого количества зелени, мест, где она могла бы побегать. Особенно моей собаке понравилась зима. Правда, как мне сказали, эта зима отличалась от ваших обычных — не было снега. Но ей все равно было хорошо. Хаски отлично адаптируются к температуре воздуха. В Хабаровске я впервые увидела, как зимой ее мех становится другим: более плотным, пушистым. 
 
 
 
Все время сравниваю архитектуру разных стран. 
Я родилась в Дубае. Это архитектурная столица мира, наверное. Была там множество раз, как и во многих других арабских странах, поэтому видела разные архитектурные стили. Сравниваю все в голове автоматически. 
 
После окончания магистратуры я планирую остаться здесь. 
Хочу начать работать здесь, хочу попробовать. Мне хочется понять, как создавать архитектуру в холодной стране, как использовать совсем другие строительные материалы. Я читала много об истории русской архитектуры, о постройках из дерева. У нас такого нет, и мне интересно изучить данное направление. Это новый опыт. И чем больше буду знать, тем увереннее буду себя чувствовать в профессии и легче адаптироваться к обстоятельствам и условиям работы. Вообще хотела бы поработать в разных странах. И в Китае, и в Германии. Но начала с России — здесь все самое интересное.
 
Для меня Россия — это страна номер один в мире! 
Прекрасная природа, прекрасные люди. Повсюду много цветов, даже комнатных. Куда ни зайдешь — зелень. И эта зелень — в сердцах русских. Если кто-то обижает женщину на улице, совершенно незнакомый мужчина постарается ее защитить. И в Сирии так же, в Европе не так — там все равнодушны. И я это не люблю. Два года назад в сирийских школах к английскому и французскому добавилось изучение русского языка. Школьникам показывают исторические фильмы о России. Наши бабушки и дедушки рассказывают о временах, когда был Советский Союз, как нам помогали русские. 
 
Мама только недавно перестала за меня переживать. 
Она не обрадовалась моему решению поехать сюда. Вы же знаете мам, они всегда переживают, плачут. Конечно, она волнуется, но уже не так, немного успокоилась. Там, дома, в Сирии, она говорила, что я зря это затеяла, что даже визу не получу. Но я сказала, что попробую пройти этот путь сама. Собрала все документы, поехала в столицу, чтобы пройти собеседование у консула, и получила желаемое. Поехала в другую страну, чтобы оттуда полететь в Россию. В Сирии работают только внутренние авиалинии, экономически наша страна не может позволить себе сейчас приобретать новые самолеты, которые летали бы за рубеж. Мне нужно было пересечь границу, там нередки перестрелки. Первое время мама звонила каждый день и говорила: «Не выходи на улицу поздно, береги себя. Вдруг там мафия». Сейчас она успокоилась, потому что я рассказала ей, что здесь все не так, как кто-то может подумать. Так же, как и о нас, у кого-то может сложиться неправильное представление. К примеру, когда я приехала, многие были удивлены тому, что в моей стране много церквей. Православных церквей, потому что 40 % населения в Сирии исповедуют христианство. А здесь все уверены, что мы мусульмане все как один. Скучаю, конечно, по стране, по родным, по нашей еде. Но цель есть цель.
 
К еде я привыкаю с трудом. 
Мне не хватает наших специй, дома я и не обращала внимания на еду, которую ем, потому что она всегда была, а здесь мне ее, конечно, не хватает. Мой отец — шеф-повар. Он научил меня отменно готовить, и я очень это люблю. Хочу освоить русскую кухню, научилась варить борщ. Удивляюсь вашей шаурме. Она совсем неправильная. Настоящая шаурма — это только лепешка и мясо, никаких овощей, никакого майонеза или картошки. 
 
У меня есть совет для иностранных студентов. 
Нужно посерьезнее относиться к переезду в другую страну. Большинство иностранцев, которые учатся в Хабаровске, не имели изначально четкого плана, не изучали традиции страны. Но это неправильно. Нужно знать, как живут люди в государстве, в которое ты приедешь на правах гостя. Пусть даже и надолго. Нужно следовать плану, как бы тяжело это ни было, не поддаваться соблазнам и работать над собой, учиться, ставить цели. Терять время, когда родители платят за твою учебу, неправильно. Я сама оплачиваю обучение, и у меня нет времени и мыслей веселиться в то время, когда нужно достичь намеченного. И нужно дружить с русскими, ведь вы отличные ребята. 
0
0
Ваша оценка: Нет