Учусь на актера

Текст: 
Анна Барахтина
Фото: 
из архива

Каждый, кто хоть раз бывал в театре, ощущал на себе настоящую магию. И наверняка после этого задумывался: «Эх, вот бы мне так!» Хорошая новость: профессиональные любимцы публики готовы учить желающих премудростям своего ремесла. Подробности — в беседе с актером театра «Триада» и преподавателем «Творческой школы Виктории Ковальчук» Михаилом Васюковым

 

 

Что же такое, по-вашему, актерское мастерство?
Каждый раз, когда мы готовим постановку в театре, получаем роли. И начинается долгий процесс работы над персонажем. Когда спектакль выходит, то кажется — вот оно, овладел актерским мастерством! А потом раз — и новый спектакль, новый персонаж. И все сначала. И опять появляется ощущение, что ничего не знаешь. И снова начинаешь с нуля. А вот это как раз и есть актерское мастерство — поиск, умение чувствовать и понимать совершенно иную личность. Ведь каждый персонаж — это другой темперамент, другая сфера познания, кто-то и вовсе из другого времени. И нет какого-то предела, всегда ищешь и отрываешь что-то новое. Конечной точки нет, но есть отправная, когда человек решает: «Я хочу этим заниматься!» И начинает искать. 
 
Почему появилось желание учить других?
Тот же самый ответ я могу дать на вопрос, почему я выбрал профессию актера. Я не знаю. Когда выбирал вуз, мне в руки случайно попал буклет института культуры. Решение пришло мгновенно, и я поступил на актера драматического театра и кино. На первом курсе во втором семестре меня пригласил в «Триаду» наш художественный руководитель Вадим Сергеевич Гогольков. Все начиналось с массовочных ролей, небольших спектаклей. И как-то незаметно пролетело уже 10 лет. С преподаванием получилось так же. Однажды летом я поехал консультантом в «Созвездие», чтобы поставить небольшой спектакль с детьми. И мне так понравилось, что решил: надо делать курс по актерскому мастерству. 
 
Как удалось все организовать?
С этим намерением я бегал по общеобразовательным школам и предлагал факультатив. Но, увы, не складывалось. А примерно три года назад к нам на спектакль в «Триаду» пришла Виктория Ковальчук. Позже связалась со мной и моим коллегой Ильей Ли. Предложила организовать курсы актерского мастерства на базе ее творческой школы. Я никогда не спрашивал, почему она обратилась именно к нам. Просто все наконец-то сложилось. Первые уроки — пробы пера, это был процесс формирования всей системы обучения. Было очень интересно. А первый показ — настоящая эйфория. Потом спектакль — это было мощно. 
 
Что дает вам преподавательская деятельность?
Это опыт, он помогает мне развиваться. Я каждый раз прихожу к новой группе и начинаю работать, как с предыдущей. Но каждый раз понимаю, что по-старому уже не получится, что нужно искать новый подход. Я учу своих ребят актерскому мастерству, а они учат меня находить иные решения.
 
Что-то кардинально изменилось в вашей системе обучения за три года?
В самом начале, мне кажется, я давил на учеников, не давал им самим искать. Слишком много показывал и объяснял, что и как делать, слишком разжевывал. Но постепенно начал понимать, что нужно давать больше воли и самостоятельности. В человеке гораздо больше остается, когда он проходит этот путь сам. От меня требуется только направить.
 
На какой срок рассчитаны курсы?
Встречи проходят два раза в неделю, по два часа, на протяжении девяти месяцев. Мы занимаемся в одной из аудиторий творческой школы вплоть до показа. А когда готовим финальный спектакль, то репетируем уже на сцене «Триады»: руководство пошло навстречу, ведь наша труппа — одна большая семья. Из-за этого, кстати, многие ошибочно полагают, что курсы актерского мастерства организует сам театр, пытаются звонить нашему художественному руководителю, чтобы записаться. 
 
Теория или практика — чего больше?
Я даю немного теории — что-то самое основное, максимально упрощенное. Очень четко, кратко, просто и эффективно. Приходится искать, как это сформулировать, чтобы точно попасть в цель. На начальном этапе преподавания старался дать много теории. Но в институте мы этому четыре года учились, и только на последнем курсе приходило понимание: «А, это вот так было!» А тут всего девять месяцев. Понимаю, что уместить всю теоретическую программу в этот срок не выйдет. Информации чересчур много, она плохо усваивается. По моим наблюдениям, самым эффективным способом является именно практика выступления. И ребята моментально меняются. У них даже взгляд становится другим. Ведь когда ты на сцене, ты чувствуешь. 
 
Какие методики используете на занятиях?
На основе своего опыта пытаюсь выстроить свою систему. Стараюсь свои знания переработать и адаптировать. Есть, конечно, базовые тренинги, но приходят новые люди, и это может на них не работать. Так что каждый раз ищу другие подходы. Не бывает так, что я увидел группу, сразу выбрал правильную систему обучения, и она заработала. Это можно выяснить только методом проб и ошибок. Я проверяю, смотрю — так, это не работает, значит, на следующее занятие принесу что-то новое. Но основная структура курсов, на которой все держится, неизменна. Это пластика, сценическая речь и, конечно, актерское мастерство. 
 
Чему нужно научиться в первую очередь?
Главное — это энергетика, подача. Это даже важнее пластики и поставленной речи. Это я и пытаюсь помочь открыть в себе своим ученикам. Часто мы даже сами не подозреваем, на что способны. Например, с ребятами провожу тренинги, где учу слушать свой первый импульс. Вот один из таких: берем какой-то предмет — ручку, допустим. Ученик ненадолго выходит из зала, а когда вернется, его задача — понять, кто из одногруппников эту ручку у себя прячет. Это вполне реально. Здесь важно не думать, а чувствовать: закрыть глаза, отключить мозг и слушать тело. Самый первый импульс всегда верный. Актерское мастерство очень тесно связано с какими-то тонкими вещами — с энергетикой, с интуицией.
 
Как часто ученики выходят на сцену?
С каждой группой через три-четыре месяца организуем первый творческий показ, а в финале обучения ставим спектакль. На творческом показе мы берем что-то небольшое. Монолог — это один способ существования на сцене: наедине со зрителем. А вот другой — этюд, когда на сцене взаимодействуешь с кем-то еще. Все это нужно понять, прочувствовать. Я обычно не переживаю, что кто-то может не справиться, считаю, пусть пробуют. Почему нет? Ну а после показа можно приступать к основной работе — финальному спектаклю. А это уже сложная большая структура. 
 
По какому принципу подбираете репертуар?
Для каждой группы стараюсь подобрать материал под ее энергетику, темперамент. Ну и, конечно, репертуар зависит от состава коллектива. Если честно, с новой группой я рассчитывал, что будут одни девчонки, уже присмотрел пьесу, где только женские роли. Но пришли и ребята, так что пришлось менять концепцию. Какой спектакль поставим, пока секрет, скажу только, что это будет нечто авторское.
 
Как долго готовите финальный спектакль?
В среднем постановка финального спектакля занимает около полугода. Бывает, что просто не успеваем в срок. Да и не все зависит от меня, ведь творчество коллективное. В процессе подготовки двух встреч в неделю по два часа уже недостаточно. Стараемся выбирать время и собираться чаще. Это все на добровольной основе, ведь я прекрасно понимаю, что у ребят работа, семьи, я не имею права на них давить. Это влияет не только на скорость постановки, но и на естественный отсев учеников.
 
Много ли учеников уходит, так и не завершив обучение?
На момент набора новой группы обычно остается где-то две трети тех, кто пришел на первое занятие. Оно у нас пробное, ни к чему не обязывает. Это возможность понять, откликнулось что-то или нет. Когда коллектив уже сформирован, после первого показа отсеивается еще примерно процентов 20—30. У кого-то личные обстоятельства, а кто-то просто уже получил то, зачем пришел. 
 
 
А зачем обычно приходят?
В основном ребята говорят, что хотят раскрепоститься, лучше контактировать с социумом. Но новая группа — первая такая, где почти все сказали, что просто ищут новый способ провести свободное время. Я подумал: «Вот это да!» Такого ни разу не было. Но ведь что-то потянуло их именно сюда. Это момент неосознанности — на уровне интуиции. Сейчас жду, когда у ребят состоится первый творческий показ. Тогда они точно почувствуют, что их на эти курсы привело. 
 
Ваши ученики — кто они?
Обычно это ребята от 25 до 35 лет. Но бывают и исключения: самому младшему ученику было 16 лет, самому старшему — больше 60. Чаще приходят девчонки: женщины более чувствительны к энергетике. Каждая группа — изначально незнакомые люди, но их все равно что-то объединяет. Это очень интересно, как они вот так собираются все. Все группы разные, ни одна не похожа на предыдущую. 
 
Сколько человек набираете в группу?
Максимум семнадцать было. Но чем меньше людей, тем сплоченнее коллектив. На мой взгляд, комфортное количество учеников в группе — девять человек. Это то количество, когда я могу необходимое время уделить каждому индивидуально. 
 
Сколько групп вы сейчас ведете?
Обычно я занимаюсь только с одной группой. Новый набор открываю лишь после финального спектакля. Но сейчас у меня две. С одной мы работаем уже больше года: ребята после девяти месяцев захотели продолжить обучение, и я согласился. Так что, честно говоря, не планировал набирать еще учеников. Но стараюсь дружить со Вселенной, и вот все вокруг стало меня подталкивать к тому, чтобы взять еще одну новую группу. Вплоть до того, что мне стали постоянно звонить и спрашивать, не открылся ли набор. Тогда я себе задал вопрос: не хочу ли новую группу? И мой первый импульс подсказал, что хочу. 
 
Что можно считать главным результатом обучения?
Каждый, кто пришел и остался, в конце изменится, откроет в себе что-то новое. Да, они вернутся обратно в свою привычную среду. Но все равно такими, как раньше, они уже не будут. Элемент творчества в их жизни останется навсегда. Я иногда слежу за своими выпускниками в социальных сетях и вижу, что заряд, который был получен на курсах актерского мастерства, они направляют и в другие сферы. Например, кто-то становится фотографом, а кто-то короткометражки снимает. А один ученик из самой первой группы загорелся идеей стать актером. Он до сих пор продолжает со мной заниматься, уже прошел через несколько составов. Даже в институт культуры ходит на занятия. Думаю, у него хорошие шансы.
 
Планируете ли внедрять что-то новое?
Мне очень интересно продвигать идею сотворчества со своими учениками. Не знаю, пробовал ли кто-то раньше делать нечто подобное. Мне просто очень хочется систематизировать это, понять, как заставить это работать. Мне очень хочется, чтобы конечный продукт был создан общими усилиями. Чтобы ученики были не только исполнителями, но и созидателями. Мы не будем брать что-то уже существующее, возьмем общую идею и разовьем из этого нечто новое вместе. Я хочу творить совместно: создавать персонажей, сюжетные линии. Искать, пробовать, ошибаться и снова искать. 
0
0
Ваша оценка: Нет